Одна из принципиальных идей нашей кампании за капитальную реформу МВД состоит в том, что дать возможность каждому заинтересованному человеку высказаться о милиции, но не просто о том, какой они ее видят сейчас – в этом разногласий почти нет, оценка всегда негативная, различия в нюансах, а, прежде всего, о том, какой она должна быть, и что нужно сделать, чтобы достичь должного состояния. Суть подхода проста: если милиция существует не для себя самой и не для начальства, а для людей – их безопасности, спокойствия, порядка - то мнение людей о том, как все должно быть устроено, троекратно важно.

Поэтому всем, кто готов был поделиться соображениями насчет радикальных изменений в органах внутренних дел, мы предлагали делать это через специальную форму на сайте - www.mvdremont.ru/node/39. Это предложение, безусловно, остается в силе. Ни одна из реплик не пропадет и будет учтена при подготовке пакета предложенией по капитальной реформе МВД к 1 декабря 2009 года.

10 ноября - знаменательный день как для милиции, так и для тех, кто готов тратить личное время, силы, жизненный опыт и интеллект, дабы в МВД больше не было незаслуженных праздников.

Было бы правильно подвести небольшой промежуточный итог тому, что участники кампании сочли необходимым высказать.

Коротко о цифрах: за две с небольшим недели до сегодняшней даты мы получили около сотни более или менее конкретных предложений по поводу желаемого будущего милиции. И мы искренне благодарны всем кто отозвался на наш призыв.

Разнообразие откликов и присланных предложений на первый взгляд необычайно велико. Но, пожалуй, это так только на первый взгляд. Во-первых, почти все конкретные предложения к капитальному ремонту милиции имеют отношение к трем основным проблемным блокам: проблема кадров, проблема контроля деятельности, проблема структуры и функционала милиции (и правоохранительной системы в целом). Во-вторых, большая часть предложений в каждом их этих проблемных блоков или повторяет друг друга, отличаясь в деталях, или дополняет друг друга. Но конечно есть и альтернативы. Причем альтернативы не в деталях, а принципиальные.

За рамками этих блоков остались некоторые вещи, например проблема названия «милиция»– нужно ли его менять на полицию, а участковых назвать шерифами, городовыми или еще как то? Из того что предлагали люди ясно, что для большинства это не принципиальный вопрос. Было лишь несколько откликов, жестко настаивающих на переименовании. Большинство эту тему вообще не затронуло, а те кто касались, употребляли эти слова как равнозначные синонимы, писали через слеш, в одном абзаце могли использовать отдельно оба слова, имея в виду при этом одно и то же. В общем – для людей видимость не важна, важна суть.

Кадровая реформа

Ключевая эмоциональная претензия к милицейским кадрам состоит в том, что милиционеры не те, которые нужны по качественному составу и их слишком много в количественном отношении. Америка здесь не открыта, хотя проблема с количеством имеет до некоторой степени мистический характер. Не очень понятно, почему нынешних милиционеров слишком много, но сократить их количество желает каждый второй. Ситуация бы прояснилась, если бы проблема количества была однозначно увязана с проблемой эффективности. Эта увязка, конечно, есть, но выглядит она довольно призрачно.

Для многих дело обстоит следующим образом: при сокращении милицейских кадров необходимо сохранить общий объем затрат на оплату труда, что позволит поднять денежное содержание каждого конкретного милиционера вдвое или даже втрое. Это, видимо, должно оказать стимулирующее воздействие на качество работы. Конечно, здесь все не так очевидно. Опуская вопрос эффективности этого рычага самого по себе, можно например, задать вопрос: а почему собственно милиционер должен зарабатывать больше учителя (согласно тем цифрам, что назывались в предложениях, он будет зарабатывать больше)?

Связка между деньгами и количеством четко видна еще в одном, неоднократно повторенном предложении: «перевести в вольнонаемных/гражданских всех сотрудников, которые не работают непосредственно с преступниками», т.е. весь персонал, обеспечивающий целевую функцию. Ясно, что при этом они лишатся каких-то льгот и преимуществ, по крайней мере, в этом была логика предложений. Но если милиционер и сейчас беднее церковной мыши, то зачем лишать последнего тех людей, от которых тоже кое-что зависит, например, кадровиков?

Впрочем, были эмоциональные отклики по поводу количества, которые не были связаны с деньгами и эффективностью, например, такой: «пусть будет меньше ментов, но они будут порядочные люди». Емко и со вкусом.

Другая, уже названная тема – это качественный состав кадров. Ясно, что люди хотят видеть честных, законопослушных, вежливых и культурных, а также физически здоровых и опрятных милиционеров. Как этого добиться? Люди предлагают два пути.

Один – уволить всех и потом нанять заново тех, кто достоин. Основная форма приема - аттестация через независимые комиссии. Плюс рекомендации. Конечно, здесь есть вопросы, на которые еще только предстоит дать ответы: кто будет сидеть в этих комиссиях (и, соответственно, кто их будет отбирать) и какими критериями они будет руководствоваться (и, соответственно, кто эти критерии будет формулировать)? С этим пока почти полный туман.

И люди понимают эти затруднения, или даже говоря жестче – проблему, которая может поставить крест на всей затее. Но, к сожалению очень немногие. Так же немногие ставят другой принципиальный вопрос – «куда уйдут уволенные "непригодные" сотрудники?». И не получится ли так, что вся возросшая после реформы эффективность новой милиции уйдет на борьбу с прежними коллегами? Да и как вообще можно представить себе одномоментное увольнение как минимум сотен тысяч людей с последующим постепенным – быстро не получится – приемом части обратно и наймом новых? Ответы есть – увольнять постепенно или даже создавать некую новую параллельную милицию, которая будет постепенно забирать на себя все большее количество полномочий от старой.

Видимо последнее можно рассматривать как промежуточный вариант к другому варианту кадровой реформы – условно ее можно назвать «чистка». Иногда это слово употребляется впрямую, несмотря на все коннотации его сопровождающие. Но и здесь «проклятые» вопросы все те же: каковы критерии отсева, и кто субъекты этого процесса? Есть среди предложений отдельные ответы, например, избранные места по поводу критериев: «несоответствие доходов расходам (и приобретённой в годы службы собственности); профнепригодность в отношении знания российского права; поступавшие в УСБ жалобы; и т.д. Наконец, предлагают ввести жесткие образовательные цензы для сотрудников милиции и прием на службу по конкурсу.

Контроль деятельности

Контроль деятельности милиции и ее сотрудников совершенно необходим – множество предложений людей касаются именно этого вопроса. Явным образом люди воспринимают действия и поведение сотрудников милиции как бесконтрольные и неподотчетные никому, и прежде всего, обществу. Оно не может ни повлиять, ни одернуть, ни потребовать.

В лучшем случае это может сделать начальство. И есть предложения, как сделать этот ведомственный контроль эффективнее. Речь прежде всего идет о контроле доходов и расходов «сотрудников милиции и их иждивенцев (не только супругов и несовершеннолетних детей, но и взрослых детей, тещ, свекров и т.д.)». Не уточняется, правда, какие решения и по каким критериям необходимо принимать в случае несовпадения одного с другим – разумеется, именно это рассматривается как проблема. Более традиционным здесь является обязательность опубликования данных по доходам, с тем, чтобы запустить механизм внешнего давления. Необходимо лишь, чтобы государство контролировало тем или иным образом достоверность сведений. Предлагают люди и совершенно конкретные инструменты контроля, например, лишение милиционеров, несущих патрульно-постовую службу, «карманных денег» и замена их специальными талонами - «для обеспечения жизнедеятельности». Наличие денег в кармане при проверке будет считаться доказательством.

Но главный интерес люди, конечно, проявляют к внешнему контролю. Есть предложения по увеличению степени публичности деятельности милиции, включая и публичную фиксацию правонарушений самих сотрудников милиции.

Хитом же сезона является тема выборов на разные милицейские должности. Слово «выборы» применительно к людям с оружием, возможно, многих пугает. Но нужно понимать, что люди желают не разгула демократии, чтобы под этим ни понималось, - люди желают контролировать людей с оружием. Выборы являются одним из инструментов этого контроля.

Люди предлагают, даже несколько неожиданно, совершенно разные варианты применения этого механизма или близкому к нему по сути – т.е. вопрос совсем не сводится к тому, нужны у нас шерифы по американскому образцу или нет. Такой вариант тоже предлагается (на муниципальном уровне, например, с закреплением за шерифами/городовыми функционала всяких ДПС, ППС, УУМ, ОВО), но он не единственный.

Предлагается, например, избирать на некую должность в ОВД, имеющую статус последней инстанции, т.е. фактически начальника. Но речь, по сути, идет о внедрении в лице этого как бы начальника прокурорского надзора в милицию, потому что это должен быть профессиональный юрист с зарплатой из городского бюджета и обязанностью его будет правовая оценка действий милиционера. Неясно, правда, кто будет организовывать деятельность ОВД, и нести ответственность.

Или, вместо выборов низовых начальников, что сейчас стало мейнстримовской темой для споров, предлагается выбирать «тайным голосованием людей на все высшие милицейские должности». Несколько неожиданный перенос фокуса внимания. А если не нравятся прямые выборы (что высших милицейских начальников, что не очень высших), то можно воспользоваться предложением о внедрении института «выборщиков», т.е. введением системы косвенных выборов. Таким образом, наверное, можно снять если не сам популизм, то упреки в нем, но в такой системе есть свои риски. Тем более, что у высшего начальника выборщик и так есть – Президент.

Наконец, можно вообще не использовать выборы, а внедрить, как предлагается, процедуру «подтверждение доверия/выражение недоверия начальнику ОВД». Совместить ее с выборами в органы местного самоуправления. Ввести несколько градаций уровня доверия, и привязать к этим уровням разные последствия для местного начальника, вплоть до профессиональной дисквалификации.

Структурная и функциональная реформа

Здесь люди предлагают действовать в двух принципиальных направлениях. Во-первых, разукрупнить, во-вторых, сократить.

Разукрупнить, конечно, того монстра, которого мы и называем МИЛИЦИЯ. Все, в общем, знают, что она внутри себя очень разная и разнообразная. Но со стороны это все равно выглядит как левиафан, к которому и подступиться невозможно. Поэтому – разукрупнить! Самое ходовое предложение состоит в четком обособлении федеральной и местной/муниципальной милиции. С четким разведением функционала, организационной структуры, источников финансирования – местная милиция должна питаться из местного же бюджета. Не все с этим согласны, указывая, например, на то, что мы можем получить в результате два суперминистерства вместо одного, или считая, что местная милиция напротив должна быть финансово независима от местных властей.

Сократить предлагается функционал, например, «не должна милиция заниматься неблагополучными детьми, семьями», или проводить техосмотр, и даже выдавать «ЛЮБЫЕ удостоверения личности (к примеру, водительские)». Но, наверное, главная интенция все-таки состоит в том, чтобы пересмотреть и переструктурировать функции милиции. Вплоть до того, что предлагается нагрузить некоторые милицейские службы дополнительными полномочиями и ответственностью. Несколько раз предлагалось ввести в той или иной форме ответственность ГИБДД за аварии на дорогах, и, соответственно, добавить полномочия по контролю над состоянием дорог. Ну и конечно изменить систему отчетности в деятельности милицейских служб, убрать негативные стимулы и добавить позитивных.

И наконец, писк сезона - создание в МВД того что пришлось, по смыслу, назвать «дворницкой» службой. Выдать дворникам бляхи и наделить их некоторыми полномочиями участковых. Красота! Смысл в этом предложении, к сожалению, был бы только в том случае, если бы – как вроде бы когда-то было – дворники были самыми «коренными» обитателями того двора, что метут. Но это уже прошло.